Театр одной буквы



Федин Сергей — Театр одной буквы

мы буковки, мы буковки,
не смотрите на нас, не смотрите!
Герман Лукомников

Быть может, самый удивительный художник за последние сто лет – Мауриц Эшер. В каждой картине этого волшебника скрывается какой-нибудь секрет – то невозможное сооружение, то вечный двигатель, то бесконечные мозаики… И даже эта его давняя работа построена на парадоксе – вырастая из плоскости листа в пространство, оживая прямо на наших глазах, две руки рисуют, творят друг друга.

Мне всегда так нравились необычные картины Эшера, что однажды я подумал: не может быть, чтобы в «шерстяной» фамилии этого «секретного» художника тоже не прятался какой-нибудь секрет. И я нашел его! Оказывается, для записи слова ЭШЕР достаточно только одной буквы Э, только особым образом написанной. А вот и доказательство в дизайне Сергея Орлова.

Посмотри, как весело стала кувыркаться буква Э, оставшись одна! То упадет на спину, дрыгая поднятыми вверх ножками, – и перед нами буква Ш. То развернётся в другую сторону, и вот уже она превратилась в Е. А напоследок и вовсе станцует на одной ножке, обернувшись буквой Р. Да это же целое представление с одним непоседливым актером-буковкой, который за время выступления успевает сыграть несколько разных ролей!

Идею такого театра одной буквы я впервые увидел в одной австралий-ской книжке. Там «спектакль» устраивала уже буква m , «сыгравшая» еще две роли: E и w.

В итоге «на сцене» оказались два «перпендикулярных» по смыслу и записи слова – ME (я) и WE (мы). Начав придумывать такие однобуквенные надписи, – кстати, я придумал им название монолиты (греческое monos означает в переводе – один, а латинское littera – буква; то есть всё слово буквально означает однобуквица или однобукер) – от них уже не отделаешься. Вот посмотри, сколько симпатичных монолитов напридумывал художник Сергей Орлов. И каждый из них порожден всего одной буквой!

Фея Клуб

Тула Доход

Дед да баба

Выяснилось, что монолиты делают и в соседней Белоруссии – там они, правда, называются смешным словом кубарики. Идея следующего, весьма «ядовитого», примера (дизайн С. Орлова) пришла мне в голову как раз при разглядывании одного из кубариков.

Не знаю как тебя, но меня зловещая надпись ЗМЕИ, выложенная из змей же (а, в сущности, из одной и той же змеи, только по-разному поверну-той), как-то пугает. Так и кажется, что змеи-буквы вот-вот зашипят и расползутся в разные стороны… Но это все, наверное, от слишком пристального вглядывания в буковки и словечки. Ведь мы-то с тобой прекрасно знаем, что они добрые и волшебные.