На главную страницу
КНИГИ
КОНТАКТЫ
АВТОРЫ
ХУДОЖНИКИ
АРХИВ
РУБРИКИ
ПРОЕКТЫ
Архив номеров/2003/#1

Смолицкий Сергей — Какое давление в бабушке?

Рубрика: Мастер каверзных вопросов

Вовкина бабушка, Елизавета Кондратьевна, хворает: у нее «давление». Мы с Вовкой обсуждаем вопрос – что это значит: «давление двести на сто двадцать»?

– Чтобы человеческий организм нормально работал, ему нужен кислород. Каждой клеточке. А доставляет кислород к клеточкам кровь – забирает в легких и несет по трубочкам – кровеносным сосудам. Вспомни-ка, что нужно, чтобы жидкость побежала по трубам?

– Не знаю.

– Ну, на даче у вас вода по трубам почему течёт?

– Ее насос гонит.

– Ну вот, и в человеке есть насос. Это – сердце. От его работы зависит, как кровь будет бежать по сосудам, а значит, и сколько кислорода поступит к клеткам. А помнишь, как отец проверял работу насоса?

– Помню. По манометру. – Вовка всегда гордится, если знает технические слова.

– Вот и врач измеряет давление крови специальным манометром, а потом смотрит, правильно ли в человеке его насос работает.

Вовка думает.

– А какое давление воды в трубах?

– Обычно около четырех атмосфер.

– А атмосфера – это много?

– Это давление воздуха вокруг нас. Примерно один килограмм на квадратный сантиметр.

– На каждый квадратный сантиметр по килограмму?

– Да.

Вовка с ужасом смотрит вокруг, потом – на меня и на себя.

– Так почему же нас столько килограммов не раздавливают?

– Потому что внутри нас давление даже немножко больше. Хочешь, покажу, что сделал бы с нами воздух, если бы изнутри давление пропало?

Вовка загорается:
– Опыт делать будем?

– Будем.

– Покажите.

– А ты помогай.

Делать опыты Вовка очень любит. На этот раз мы с ним берем банку сгущённого молока, прокалываем в крышке две небольшие дырочки и выливаем молоко в тарелку. Потом осторожно наливаем внутрь через одну из дырочек воду – примерно на треть банки. Количество налитой воды Вовка определяет, постукивая черенком вилки по банке – там, где кончается вода, звук сразу становится звонче. Потом я вырезаю из другой старой банки два кружка жести размером побольше дырочек, через которые мы вылили молоко. Вовка в это время хорошенько сушит банку снаружи, чтобы на ней не было ни капельки воды. После этого я герметично запаиваю жестяным кружком одну из дырочек, и мы ставим банку на плиту.

Вскоре вода начинает громко булькать, и через незапаянную дырочку из банки вырывается пар. Подождав, когда он пойдет густой струей, я тряпкой снимаю банку с плиты и быстро запаиваю оставшуюся дырку. Вовка следит за моими манипуляциями, и, когда я отставляю банку на подоконник, спрашивает:
– И что теперь?

– Теперь жди, увидишь.

– А долго?

– Нет, не очень.

Вовка терпеливо ждет, но с банкой ничего не происходит. Потом вдруг, по прошествии нескольких минут банку начинает корёжить. У Вовки округляются глаза, когда он видит, как банка сама по себе шевелится, стенки ее втягиваются, и она съёживается, будто на нее наступили.

– Здорово, дядь Серёжа! А почему она так?

– Смотри. Мы налили немного воды, над ней оставался воздух. Когда вода закипела, пошел пар. Этот пар вытеснил из банки воздух и занял его место. Тогда мы с тобой банку запаяли и перестали греть. Пар остыл и превратился опять в воду, а вместо него получилась пустота. У пустоты никакого давления нет, а снаружи на стенки давит воздух. Вот ты и увидел, с какой силой он это делает.

– Здорово. А вы говорили, что под водой давление ещё больше.

– Больше.

– Там эту банку, наверно, в лепёшку бы сплющило, да?

– Наверно.

– А я знаю, зачем у водолазов медные шлемы и нагрудники. Чтобы его не раздавило, да?

– Нет, Вовка, тут ты не прав. Никакой шлем водолаза от давления не спасет.

– А почему же его не сплющивает?

– А потому, что внутри него воздух имеет такое же давление, как вода вокруг. По шлангу с поверхности помпой качают воздух. Чем глубже опускается водолаз, тем больше давление воздуха, которое ему подают. Но это давление всегда равно давлению окружающей воды. Поэтому водолаза не плющит.

– А зачем же тогда шлем?

– А шлема может и не быть. Это раньше так было удобнее: воздух качали с поверхности в шлем, и там всегда был некоторый его запас, которым водолаз дышал. А потом придумали акваланг, и шлемы стали не нужны.

– А как устроен акваланг?

– У водолаза за спиной баллоны, в которые воздух закачан под очень большим давлением. Из баллонов воздух поступает в устройство, которое называется «лёгочный автомат». Этот автомат снижает давление воздуха точно до такого, как у воды вокруг. Поэтому водолаза и не плющит водой.

– А на сколько времени ему хватает воздуха?

– Так ведь это от глубины зависит. Чем глубже, тем быстрее воздух в баллонах кончится.

– А какое давление в баллонах?

– Обычно – двести атмосфер.

– Как в моей бабушке.

– Ты что, Вовка! В человеке не может быть такого давления, его в клочки порвет.

– А бабушка говорила, у нее давление двести на сто двадцать.

– Так не атмосфер же, Вовка! Давление у человека мерят совсем в других единицах. Они называются «миллиметры ртутного столба».

– А в атмосферах это сколько будет?

– Нормальное давление – это когда внутри человека давление крови и других жидкостей больше окружающего примерно на одну шестую часть атмосферы. А у твоей бабушки оно больше почти на четверть атмосферы. Вот ей и тяжело.

Вовка вспоминает про больную бабушку и грустнеет. Сегодня, чтобы ей не мешать, он будет сидеть у меня, пока не придут с работы родители. Вовка задумчиво смотрит вокруг и спрашивает:
– А что мы теперь будем делать, дядя Серёжа?

– Теперь, брат, мы с тобой будем есть бутерброды со сгущёнкой, которую из подопытной банки добыли. Лопай сгущёнку, будешь здоровый, и давление будет хорошее.

– От сгущёнки?

– От здоровья.

– Тогда я и бабушке немножко отнесу.





Copyright РИГ "Наша Школа"
Все права защищены © 2003
книги контакты авторы художники архив рубрики проекты