Юннат в зоопарке: Сколько нужно слонов; Глубина; Про чай; Два человека



Востоков Станислав — Юннат в зоопарке: Сколько нужно слонов; Глубина; Про чай; Два человека

Рубрика: Клуб шерстяных человечков

продолжение

Сколько нужно слонов?

Я всё думал – сколько слонов Московскому Зоопарку в самый раз? Один? Два? Или больше? Зоопарк всё-таки не какой-нибудь, а столичный, и слон – зверь не последний. Подходят они друг другу – столичный зоопарк и не последний слон, потому что оба главные.

А оказывается, их в зоопарке – шесть! Во как! Шесть не последних слонов в главном зоопарке. От этого парк даже как-то еще столичнее делается, еще не последнее. Не в каждом зоопарке шесть слонов!

Четыре африканских и два индийских. А ведь еще и для других животных места хватило! Например, для лисиц.

А слоны, видимо, думают:
– Вон сколько нас здесь собралось! В столице. Наверное, больше нигде не осталось.

Ан нет, осталось. Еще один слон в зоопарке Сан-Диего живет в Америке. Сам видел. По телевизору.

Глубина

Увидел я как-то в Московском Зоопарке бассейн с огромными голубыми окнами, через которые можно прямо в синюю глубину посмотреть:
– Кто же там плавает?

Стал я всматриваться в синюю глубину и ничего кроме этой глубины не видел. Уж не глубину ли тут показывают? Вон, мол, какая глубокая у нас глубина тут и какая синяя!

Совсем глаза уже выкатил, и вдруг мелькнул мимо окна силуэт, махнул ластами и ушел в синь.

– Батюшки, – подумал я, – кто ж это?

– А вы на табличке прочитайте! – посоветовал голос из-за спины.

Послушал я голос из-за спины и прочитал на табличке рядом с окном: «Калифорнийский морской лев».

– «Калифорнийский морской лев» написано! – ответил я голосу.

– Ну! – отозвался тот.

– А в бассейне-то кто? – спросил я.

– Как кто? – не понял голос. – Калифорнийский морской лев.

– Враки, – не поверил я. – Львов я видел. Они с гривой – желтые. А тут глубина одна синяя. Её тут показывают.

И пошёл дальше.

Про чай

Устроился я работать в Птичий Отдел в Московском Зоопарке. На фазанью кухню. Рядом попугайная – там для попугаев еду готовят, а наша – фазанья. Попугайная в хорошей комнате находилась, а наша в кишке какой-то. Кишка эта как коридор, но выход с одной стороны. Поэтому и жизнь у нас на фазаннике была какая-то коридорная, неуютная. Ни чаю толком попить, ни пообедать. А чай в Зоопарке не последнее дело. Многие в Зоопарк вообще приходят только чтобы чай пить. Попил чай до шести часов и домой – ужинать. Вахтёры, например. Иногда только в окошки смотрят, чтобы кто чужой в зоопарк чай пить не прошёл. Потому что это большой секрет, что в Зоопарке все только чай пьют, а не работают. Его знать кому попало нельзя.

Два человека

В Птичьем Отделе работали два человека. Эмма Ивановна и Женька Маленькая. Они точно к своим именам подходили. Эмма Ивановна такая же большая и сильная, как ее имя. У нее нога на два размера больше, чем у меня, и рост – метр девяносто. А Женя Маленькая – совсем крохотная, Эмме Ивановне по пояс. Ей все спецовки, которые для работы в Отделе выдавали – велики. Ни одна не подходит. И Эмме Ивановне тоже не подходят, но в другую сторону – коротки.

Вот так и живут у нас в Зоопарке два человека, одному все спецовки велики, другому – коротки.

Может, поэтому и нет б?льших друзей в Московском зоопарке, чем Эмма Ивановна и Женька Маленькая.

Обоих жизнь обделила, одну недостачей, другую излишеством. Вот поделилась бы Эмма Ивановна с Женькой Маленькой, и стали бы обе нормальными людьми, которые в спецовки вдеваются.

Однако не выйдет такого, потому что это изобилие и недостача даже в фамилиях отмечены. Эмма Ивановна у нас Козлова, а Женя – Тишкина. Что уж тут добавлять?