Кузнечик и скрипочка



Прокофьева Софья — Кузнечик и скрипочка

Жил-был маленький Кузнечик. Целыми днями с утра до вечера играл он на своей зелёной скрипочке.

Бабочки, стрекозы, пчёлы все слетались на цветущий луг послушать чудесную музыку. Голубые колокольчики начинали тихо звенеть и понемногу становились серебряными.

Просто чудо, что это была за музыка!

Однажды маленький кузнечик, как всегда, играл на своей скрипочке. И надо же случиться такой беде, оступился кузнечик и с откоса упал прямо в реку.

– Давненько я не ел кузнечиков! – сказал толстый Карась, подплывая к нему. – Что-то редко стали кузнечики падать в воду.

– Не ешь меня, Карась! – взмолился Кузнечик. – Лучше давай я научу тебя на скрипке играть!

Согласился Карась. Отдал Кузнечик толстому Карасю свою любимую зелёную скрипку, а сам выбрался на бережок, грустный-прегрустный. Ах, для него просто не было жизни без музыки!

А толстый Карась целый день играл на скрипке. Играл, играл, да и не заметил, что на камешке возле воды пристроился Кот-рыболов.

Цап! – Кот лапой подцепил толстого Карася.

– Не часто бывает такой улов! – обрадовался Кот. – Рыбка свежая, нежная. Вот повезло!

– Не ешь меня, Кот-рыболов! – стал просить его Карась. – Лучше давай я научу тебя играть на скрипке.

Кот согласился. Очень ему понравилось на скрипке играть. А Карась плюхнулся в воду, спрятался под старой корягой, да так и дрожал до самого утра.

А Кот присел на травку и заиграл на скрипке. Играет, играет, ничего вокруг не замечает. Вот и угодил прямо в лапы Серому Волку.

– Попался! – оскалил зубы Серый Волк. – Утащу тебя домой, заставлю мои сапоги хвостом чистить. У меня сапог – три пары. Одни сапоги на резине – по болоту ходить. Вторые сапоги тихие – к зайцам подкрадываться, чтоб не услышали. Третьи сапоги красивые, лаковые – в гости к Волчихе ходить. Посажу тебя на цепь, будешь весь день сапоги чистить!

– Отпусти меня, Серый Волк, – заплакал Кот-рыболов. – Лучше давай я тебя научу на скрипке играть.

Согласился Волк. Отпустил Кота, а сам сел на поваленное дерево и стал на скрипке играть. Не смотрит по сторонам. Вот и не заметил, как из-за куста вышел Охотник с ружьем.

– Славная добыча! – обрадовался Охотник. – Сейчас я тебя застрелю, Серый Волк!

– Не стреляй меня, Охотник! – взмолился Серый Волк. – Давай лучше я тебя научу на скрипке играть!

Согласился Охотник. Присел на пенёк и начал на зелёной скрипочке играть. А ружье к дереву прислонил. Играет, ничего вокруг не замечает.

А тем временем ехал по дороге Старый Барин в карете. Вылез Барин из кареты.

– Вот ты и попался, голубчик! Наконец-то! – сказал Старый Барин. – Слуги мне давно доносили, что ты в моем лесу охотишься. Теперь я тебя в тюрьму упеку за это!

– Не сажай меня в тюрьму, Барин! – стал кланяться Охотник. – Лучше я тебя на скрипке научу играть.

– Ну что ж, пожалуй, – согласился Барин. – Давай, учи!

Отпустил Барин Охотника на все четыре стороны, а сам сел на балконе и на скрипке играет.

Да вот беда! Прилетела Муха, кружится, жужжит. То Барину на лоб сядет, то на лысину. Барин и так, и эдак отмахивается, а Муха не отстает. Вконец измучила, сил нет!

– Отстань от меня, Муха! – чуть не плачет Старый Барин. Хочешь, научу тебя на скрипке играть? Только отвяжись от меня.

Научил Барин Муху на скрипке играть. Летит Муха, играет, тоненько скрипка поёт. Да пролетал мимо Воробей и на лету поймал Муху.

– Отпусти меня. Воробышек! – стала просить Муха. – А я тебя за это научу на скрипке играть!

Согласился Воробей. Пристроился на ветке, играет на зелёной скрипочке. Час играет, второй. Не замечает, что солнце уже за лес опускается.

Прилетела Воробьиха.

– Что же это ты, муженек, делаешь! – сердито закричала Воробьиха. Даже перья взъерошила. – Где это видано! В гнезде дети сидят некормленые. И крыша давно прохудилась. Дождь пойдет, гнездо промокнет, дети простудятся. А тебе, видно, и горя мало!

Схватила Воробьиха скрипку и бросила ее в траву. А там как раз Кузнечик сидел, грустил-печалился.

Нет слов, как обрадовался Кузнечик, что вернулась к нему его зелёная скрипочка! Слетелись все знакомые бабочки и стрекозы. А колокольчики от радости зазвенели тонкими серебряными голосами.