Записка на двери Роузи — перевод из Мориса Сендака



Мельник Иван — Записка на двери Роузи — перевод из Мориса Сендака

Глава первая

На двери дома Роузи, висела записка: «Если хотите узнать секрет, постучите три раза».

Кэтти постучала три раза, и Роузи открыла дверь.

– Привет Кэтти!

– Привет, Роузи. Что у тебя за секрет?

– Секрет в том, что я больше не Роузи.

– И кто же ты теперь? – удивилась Кэтти.

– Я – Алинда, поп звезда.

– Ух ты!

– И когда-нибудь я устрою грандиозное музыкальное шоу!

– Когда?

– Да прямо сейчас, на заднем дворе. Придёшь?

– А можно тогда я тоже кем-нибудь буду? – попросила Кэтти.

Роузи задумалась на минуту.

– Я думаю… Ты можешь стать моей арабской танцовщицей Чачарой.

– Ладно, – согласилась Кэтти, – я приду.

Пришли все. И Долли, и Толстяк, и Сол.

– Садитесь, – пригласила Роузи.

Все расселись на складных стульях.

– Теперь тихо, – сказала Роузи. – Шоу начинается!

Все затихли. Роузи и Кэтти исчезли за дверью в подвал.

– Хорошее шоу, – шепнул Толстяк.

– Точно! – согласилась Долли.

БАМ, БАМ, БАМ! Загремел барабан за дверью в подвале.

– Дамы и господа! – послышался далекий голос. – Представляем вам арабскую танцовщицу Чачару. Поприветствуйте её!

Все закричали и захлопали в ладоши. Дверь подвала открылась, и вышла Кэтти. Она была в длинной ночной рубашке, а на голове у неё было полотенце.

Кэтти взмахнула руками и сделала три шажка.

– Ча-чару-ру-ру, – пропела она негромко.

– Достаточно, – послышался голос из подвала. – Хлопайте и кричите ура!

Хлоп. Хлоп. Хлоп!

– Ура! Ура! Ур-а-а!

– А теперь – лучшая часть шоу, – продолжил голос. – Я – несравненная Алинда, спою для вас песню «На солнечной стороне улицы». Умирайте от восторга!

И все стали умирать от восторга:
– Ох!

– Ах!

– Ох, ах!

Распахнулась дверь подвала, и появилась Алинда. Она была в шляпе с пером, в платье и в туфлях на высоком каблуке.

– Всем привет! – раздался чей-то голос.

Все повернулись и увидели Ленни в шляпе пожарника.

– Можно мне тоже с вами поиграть?

– Мы не играем, – закричала Алинда, – это настоящее шоу! Тебе нельзя.

– Почему?

– Потому.

– Между прочим, – заявил Ленни, – я собираюсь тушить пожар. Все хотят посмотреть?

Но все отказались, и Ленни убежал.

– Теперь я спою, – сказала Алинда.

Она закрыла глаза:

– На солнечной…

– Хотите узнать кое-что? – раздался голос неожиданно возвратившегося Ленни.

– Что? – прервала свою песню Алинда.

– Я знаю одну штуку.

– Что за штука?

– Я подброшу свою шляпу вверх, и кто первым её поймает, может взять себе. Все хотят сыграть?

Все согласились: «Да!»

– Ладно, – сказала Алинда.

Ленни подбросил шляпу в воздух, и она упала на карниз.

– Как теперь мы её достанем? – спросила Кэтти.

– Для этого нужно забраться на карниз, – сказала Алинда.

Так они и сделали. Сол взобрался на Толстяка. Долли влезла на Сола. Кэтти – на Долли. Ленни уселся на Кэтти, а Алинда вскарабкалась на самый верх. Она сняла шляпу пожарника с карниза и надела себе на голову.

– Я поймала её, теперь она моя, – закричала она. – Ура мне!

Все спустились вниз.

– Теперь я спою, – сказала Алинда.

Она вытянула перед собой руки.

– На солнечной…

– Отдай мою шляпу, – сказал Ленни. – Мне нужно потушить ещё один пожар.

– Нет, – сказала Алинда, – ты сказал, кто поймает, может взять её себе.

– Но это была всего лишь игра. Моя мама сказала, чтобы я больше ничего не раздавал.

Он сорвал шляпу с головы Алинды.

– Пойдёмте со мной, Толстяк, Сол, – крикнул он и побежал со двора. – Помогите мне тушить пожар!

– Мы лучше поможем ему, – решил Толстяк.

– Мы ему нужны, – подтвердил Сол.

– Но… – начала Алинда.

Но ребята уже скрылись.

– Я тоже пойду, – сказала Долли.

– Я ещё не спела свою песню, – сказала Алинда.

– А я хочу есть, – сказала Долли и отправилась домой.

Ушли все. Два складных стула остались валяться на земле.

– Уже поздно, – сказала Кэтти. – Мне тоже пора домой.

– А правда, здоровское получилось шоу? – спросила Роузи.

– Это было лучшее шоу, которое я видела, – ответила Кэтти. – Давай в ближайшее время сделаем ещё одно.

– Да, в этот же час, в этом же месте, – сказала Роузи. – Пока, Чачара!

– Пока, Алинда!

Роузи осталась совсем одна. Она встала на складной стул и очень тихо объявила:
– Дамы и господа, а теперь Алинда споёт «На солнечной стороне улицы».

И она спела песню, всю – от начала до конца.

Глава вторая

Было нечего делать.

– Мама, мне нечего делать, – сказала Роузи.

– Ну, сделай что-нибудь, – ответила мама.

И Роузи сделала «что-нибудь». Она написала записку и прикрепила её на входную дверь.

– Что ты сделала? – спросила мама.

– Я прикрепила на входную дверь записку, – ответила Роузи.

– Хорошо, – сказала мама, – займись чем-нибудь ещё.

Роузи нашла красное одеяло. Накрылась им с головой и села на заднем дворе у входа в подвал.

Глава третья

– Мама, – сказала Кэтти, – мне нечего делать.

– Иди поиграй с Долли, – сказала мама.

Кэтти пошла к дому Долли.

– Привет, Долли, что ты делаешь? – спросила она.

– Не знаю, – ответила Долли.

Они отправились к дому Толстяка. Тот сидел перед домом на ступеньках вместе с Солом.

– Что вы тут делаете? – спросила Кэтти.

– Мы не разговариваем друг с другом, – ответил Толстяк.

– Не слишком утомительное занятие, – заметила Долли.

– А что делаете вы? – спросил Сол.

– Ничего, – ответила Кэтти. – Мы думали, вы будете что-нибудь делать.

– Что бы вы хотели делать? – спросил Толстяк.

Все смотрели друг на друга и не знали, что сказать.

– Давайте спросим у Роузи, что делать.

И они отправились к дому Роузи.

– Роузи! – позвали ребята.

Но ответа не было.

– Смотрите, – сказала Кэтти, указывая на записку, приклеенную на дверь. – Тут написано: «Если вы будете меня искать, это будет нелегко, потому что я замаскировалась. Искренне ваша Алинда».

– Давайте поищем на заднем дворе, – предложила Долли.

Все побежали на задний двор. У двери в подвал сидел кто-то, завернутый с головы до ног в красное одеяло.

– Это ты, Роузи? – спросила Долли.

Ответа не последовало.

– Скажи нам, пожалуйста, кто ты? – спросила Кэтти.

– Я Алинда, потерянная девочка.

– Кто тебя потерял? – спросил Толстяк.

– Я сама себя потеряла.

– Разве ты не Роузи на самом деле?

– Раньше я была Роузи, – ответила Алинда, – а теперь нет.

Все присели рядом с входом в подвал.

– От кого ты прячешься? – спросил Сол.

– От Чародея, – сказала Алинда.

– Кто он такой?

– Мой лучший друг, – ответила Алинда.

– А что будет, когда он тебя найдёт? – спросила Кэтти.

– Он скажет мне, что делать.

– Можно мы подождём его с тобой? – спросил Толстяк.

– Думаю, можно, – сказала Алинда. – Только сидите очень тихо.

Они сидели очень тихо.

Они не говорили ни слова.

Они не делали ничего.

Они просто ждали.

– Это смешно, – прошептала Кэтти.

– Ш-ш-ш! – зашипели все.

Они молчали долго.

Стало очень поздно.

– Уже очень поздно, – прошептала Долли. – Мне пора домой.

– Мне тоже, – сказал Толстяк.

– Боюсь, Чародей сегодня не придёт, – сказала Кэтти.

– Боюсь, нет, – сказала Алинда.

– Может быть, он придёт завтра? – предположил Сол.

– Может – да, – сказала Алинда. – А может – нет.

– Можно мы придём и подождём с тобой завтра? – спросила Долли.

– Можно, – сказала Алинда.

– Мы придём завтра пораньше, – сказала Кэтти. – Тогда мы сможем ждать дольше.

– Давайте встретимся все в двенадцать часов здесь, у входа в подвал, – предложил Толстяк.

– Точно в двенадцать! – сказал Сол.

– Точно! – согласились все.

И отправились домой.

В тот вечер, когда мамы начали допытываться у детей, что они делали весь день, те отвечали, что дел было так много, что не хватило времени, чтобы их закончить. И они собираются переделать всё завтра.

– Хорошо, – сказали все мамы.

Глава четвёртая

– Мама, – спросила Роузи, – я ведь твоя маленькая девочка?

– Конечно, – ответила мама.

– Я хотела бы… – начала Роузи.

– Ты хотела бы этого, – сказала мама и поцеловала Роузи три раза.

– Я хотела бы… – сказала Роузи. – Можно мне взять фейерверк?

– Нет, – решительно ответила мама.

– Но ведь четвертое июля – День Независимости, – сказала Роузи.

– Я знаю, – сказала мама.

– У Кэтти и Долли есть фейерверки, – сказала Роузи.

– Я этому не верю, – ответила мама. – Фейерверки опасны, и я не хочу, чтобы мою маленькую девочку поранило.

– Я уже не маленькая девочка, – сказала Роузи. – Я большая, и у всех остальных уже есть фейерверки.

– Я этому не верю, – повторила мама.

Роузи не произнесла ни слова.

– Поиграй с кошкой Милкой, – сказала мама. – Это будет гораздо лучше.

– Я этому не верю, – сказала Роузи.

– Что ты сказала?!

Роузи вышла из дома и села на ступеньки крыльца.

Было двенадцать часов. Кэтти, Долли, Толстяк и Сол пришли и встали перед ней.

– Двенадцать часов, – сказала Кэтти. – Время ждать Чародея.

Роузи сходила в дом и вернулась, завернутая в красное одеяло.

Когда она вышла, все уже сидели у подвальной двери на заднем дворе.

Она села рядом с ними.

Никто не произнёс ни слова.

– Он скоро появится, Роузи? – спросила Долли.

– Меня зовут Алинда, – напомнила Роузи.

– Он скоро появится, Алинда?

– Я не знаю, – ответила Алинда.

– Лучше нам помолчать, – прошептал Толстяк.

Все притихли.

Кошка Милка тихо мяукнула и забралась к Роузи на колени.

Время шло.

– Я слышу, кто-то идёт. Быстро, – сказала Алинда – закройте все глаза!

Все закрыли глаза.

– Привет, это я. Что с вами?

Все открыли глаза. Это пришёл Ленни в ковбойской шляпе.

– Если хочешь ждать с нами, – сказала Алинда, – сядь и молчи.

– Хорошо, – сказал Ленни и сел. – А чего вы ждёте?

– Чародея, – прошептал Толстяк.

– О! А кто это?

– Ш-ш-ш!

Все снова замолчали.

– Мне показалось, я заметила, как шевельнулись листья, – прошептала Долли.

– Теперь это точно он, – сказала Алинда. – Закройте опять глаза!

Все снова закрыли глаза.

Сжали руки.

Слушали.

Все услышали, как Алинда сказала:
– Здравствуйте, Чародей… О, как приятно… Большое спасибо.

– До свиданья, пожалуйста, передайте от меня привет Вашей жене.

Все помолчали ещё немного, и Кэтти спросила:
– Можно теперь открыть глаза?

– Да, – сказала Алинда.

– Я не видел его, – сказал Ленни.

– У тебя же были закрыты глаза, – сказала Долли.

– Его не было слышно, – сказал Сол.

– Он носит ковбойскую шляпу? – спросил Ленни.

– Да, – сказала Алинда.

Все начали кричать одновременно.

– И маску?

– И крылья?

– И голубую накидку?

– И наушники?

– Конечно, – сказала Алинда.

– Тогда это действительно был Чародей! – закричал Ленни.

– Конечно, – согласились все.

– Что он тебе сказал, Алинда? – спросила Кэтти.

– Он сказал, что я больше не Алинда – потерянная девочка.

– А что ещё? – спросил Толстяк.

– Он сказал мне…

– Что? – закричали все.

– Он сказал, что я могу быть Большим Красным Фейерверком!

– О-о-о!

– И он сказал мне…

– Что? – закричали все.

– Он сказал, что вы все можете быть небольшими серебряными фейерверками!

– Крак-питц-бум! – закричала Кэтти.

– Визз-бам-бум! – закричали Толстяк и Сол.

– Бум-м! – закричала Долли.

– И он сказал мне…

– Что?

– Он сказал, что мы все можем быть фейерверками весь день четвертого июля!

– Ура Чародею!

Ленни высоко подпрыгнул.

– Я взрываюсь. Визз-бум!

Сол встал на голову.

– А я ещё не погас.

Кэтти и Долли стали кружиться, взявшись за руки:
– Бум-те-де бум-бум.

Роузи взобралась выше всех и завопила:
– Я самый Большой Красный Фейерверк в целом мире и взрываюсь: БУМ-М! БУМ-М-БУМ-М-а-ВИШ-Ш-Ш-Ш!

Все начали прыгать, бегать, и побежали прочь со двора Роузи.

Все свистели, жужжали и с треском взрывались всю дорогу домой.

Кошка Милка тихо мяукнула.

– Ты устала, милая? – спросила Роузи. – Пойдём домой.

Она взяла кошку на руки и постучала в дверь.

ТУК-ТУК.

– Кто там? – спросила мама.

– Это Алинда, поп звезда, – сказала Роузи.

– Я не верю этому, – ответила мама.

– Это Алинда, потерянная девочка, – сказала Роузи.

– И этому не верю, – сказала мама.

– Это Алинда – Большой Красный Фейерверк, я взорвусь, и весь дом рухнет!

– Не делай этого, – сказала мама и открыла дверь.

– Роузи? – удивилась мама.

– Ты не поняла, что это я?

– Я, думала, что это ты, но не была уверена.

– Я устала, мама, И Милка тоже устала. У нас был большой День Независимости.

– Вот этому я могу поверить, – сказала мама. – Почему бы вам обеим не отправиться спать?

С кошкой на руках Роузи поднялась по лестнице в свою комнату. Скоро мама пошла проверить, спят ли они. Она открыла дверь и увидела Милку в кровати под одеялом и Роузи, свернувшуюся калачиком на коврике.

– Роузи! – позвала мама.

– Ш-ш-ш! – сказала Роузи. – Милка спит.

– Ты почему лежишь на полу, дорогая? – прошептала мама.

– Потому что я спящая кошка, – ответила Роузи.

– Ах, так, – сказала мама и на цыпочках вышла из комнаты.

– Мяу, – ответила Роузи.