Рыбалка



Надеждин Александр — Рыбалка

Жучок устроился поудобнее и снова взглянул на яркий поплавок, который неподвижно дремал на тёмной поверхности пруда.

«Вот, интересно, – подумал Жучок, – Почему на рыбалку положено ходить в такую рань? Ведь рыбы, наверное, сейчас спят в своих рыбьих кроватках и видят свои особенные рыбьи сны. А вот, кстати, что может сниться рыбам?»

Жучок задумался. Подобная мысль: «Что может сниться рыбам?» оказалась решительно новой, интересной, необычной и требовала тщательного обдумывания. Вообще вся рыбалка внезапно представилась в каком-то совершенно другом свете. Более того, если отложить в сторону мысль о том, что может сниться рыбам (а откладывать её было ой как неохота: ведь, согласитесь, друзья мои, это же так интересно – узнать, что снится рыбам в их рыбьих снах?), то, получается, что на рыбалке рано утром можно поймать только рыбу, которая страдает бессонницей… Жучок поёрзал, ему стало совестно.

«Бедная рыба, – подумал Жучок. – Она и так всю ночь не спит, ворочается с боку на бок, считает овец, так хочет уснуть и посмотреть хорошенький интересный рыбий сон.… И вот в конце концов она рано утром идёт на улицу освежиться, уставшая, задёрганная и измученная, а тут я со своей удочкой…» – Жучок расстроился.

Он потёр кулаками покрасневшие глаза, хлюпнул носом и вздохнул.

«Нет. Всё-таки хорошо, что я ни одной рыбы сегодня утром не поймал», – сказал он сам себе и взглянул на улов. Улов был богат.

Одним из трофеев оказалось колесо от велосипеда. Немного погнутое, но Жучок был уверен, что папа будет ему рад. Папа Жучка обычно находил применение практически всему, что попадалось в его работящие лапки. А чему не мог найти применение сразу, то складывал в норке до, как он говорил, «лучших времен», поэтому норка папы и мамы Жучка здорово смахивала на что-то среднее между складом, музеем и мастерской. Матушка Жучка периодически пыталась вычистить норку, но на каждый выброшенный ею экспонат папа приносил три новых. Может быть, когда-нибудь они и придут, эти «лучшие времена», и папа найдёт применение всем своим сокровищам? После переезда Жучка с дедушкой в отдельную норку папа заложил их старые комнаты своей добычей так, что их стало не узнать. Что поразительно: папа уложился в три дня, а на четвёртый пришёл к ним с дедом, волоча в каждой лапе по тяжёленной сумке, набитой всякой дребеденью, и заявил, что будет у них это всё хранить, «раз уж у нас всех теперь так много места». Кстати, это был единственный раз, когда Жучок был свидетелем того, как дедушка топал ногами…

Но Жучок любил рыбалку не из-за трофеев. Он любил встать рано-рано утром, ещё до зари. Потихоньку (чтобы не разбудить дедушку) обуть резиновые сапоги, надеть тёплый мохнатый свитер, натянуть рыбацкую куртку-штормовку, взять удочку… Любил сидеть тихонько-тихонько посреди мира, наполненного туманом и тишиной, один-одинёшенек, и улыбаться своим мыслям… Изредка чуть качнётся неподвижный поплавок на тёмной глади пруда. Или вдруг поднимется из глубины пузырь воздуха, лопнет, разойдётся кругами по поверхности воды, полной загадок и тайн.

Но сейчас поплавок не был неподвижен! Там, внизу, кто-то властно схватился за крючок и резко подёргал несколько раз, явно привлекая внимание Жучка к своей особе. У него моментально вылетели из головы все мысли о рыбьих снах. Жучок стал медленно поднимать заметно потяжелевшую удочку, затаив дыхание от азарта.

То, что он увидел, подняв леску с крючком из воды, его ошеломило.

На крючке, держась за него одним плавником как за поручень в трамвае, висела взрослая, я бы даже сказал, пожилая рыба со строгими глазами, седыми усами и подтянутой, спортивной фигурой. Она (вернее сказать «Он» – судя по усам, рыба явно была дяденькой) недовольно смотрел на Жучка. Жучок приподнял его над поверхностью воды и замер от неожиданного зрелища.

Усатый Рыб повисел несколько секунд молча, глядя на ошарашенного Жучка, а потом строгим и повелительным голосом скомандовал Жучку:
– Чего ждём? Подсекай!

Жучок рванул удочку вверх. Усатый Рыб, набрав скорость, отпустил крючок, за который держался, сделал в воздухе сальто-мортале, и (вот уж действительно рыбкой!) вошёл в воду, скрывшись в глубине. Жучок от неожиданности сел в траву и выпустил удочку из лапок. Потом он начал тереть глаза и щипать себя, не будучи вполне уверенным, что Усатый Рыб ему не пригрезился.

– Задремал я, что ли, со всей этой рыбалкой, – пробормотал Жучок, оглядываясь вокруг. Ни-че-го. Тишина, удочка лежит на траве, ровная поверхность пруда.

Жучок пожал плечами, вздохнул, насадил кашу на крючок и забросил удочку снова.

В этот раз клюнуло практически мгновенно. Ха! «Клюнуло». Кто-то снова схватился за крючок и подёргал за него так, как будто это не он, Жучок, пришёл на рыбалку, а на него, Жучка, рыбачит кто-то в глубине пруда.

Жучок, чувствуя, как у него дрожат лапки, поднял крючок над водой. Усатый Рыб смотрел на него холодно и неприязненно.

– Надо резче, – потребовал он безаппеляционным тоном. – Подъём, пауза, на счёт «два» резко и сильно подсекаем. Понятно?

– Понятно, – упавшим голосом, чувствуя, что ему вообще ничего не понятно, ответил Жучок.

– Раз понятно, то раз… ДВА!!! – Жучок почувствовал, как помимо своей воли резко и сильно рванул удочку вверх. Усатый Рыб описал красивую кривую, сделал в воздухе пару кульбитов и снова ушёл под воду.

Жучок лихорадочно насадил кашу на крючок и забросил удочку в воду. Это не было сном, но в происходящем ещё предстояло разобраться.

В этот раз подёргали как-то слабо. Жучок поднял крючок. Вместо ожидаемого Усатого Рыба за него держалась какая-то маленькая и худенькая Рыбка с позолоченной чешуёй, но здорово затюканного вида.

– Здравствуйте, – пискнула она застенчиво.

– Здравствуйте, – несколько обалдевшим тоном откликнулся вежливый Жучок. Он продолжал держать удочку с покачивавшейся на леске неожиданной гостьей над водой.

Внезапно из воды высунулся Усатый Рыб. Вид у него был разгневанный, усы недовольно топорщились. – НЕ РАЗГОВАРИВАТЬ! – гаркнул он. – Подъём! Пауза! На счёт «два» подсечка! ЯСНО???

– ЯСНО!!! – не сговариваясь хором откликнулись Жучок и худенькая Рыбка с позолоченной чешуёй. – ТОГДА… – скомандовал Усатый рыб, – РАЗ!!! ДВА!!! – Жучок рванул леску вверх, худенькая Рыбка, грациозно изогнув спинку, перевернулась в воздухе и упала в воду.

«У неё брызги, когда она в воду входит, есть, а у Усатого – нет», – промелькнуло в голове у Жучка.

Следующие пара часов превратились для Жучка в настоящий кошмар. Он не переставая закидывал удочку в пруд и – ПОДЪЁМ, ПАУЗА, РАЗ-ДВА, ПОДСЕКАЕМ! Чаще всего подсекалась худенькая Рыбка с позолоченной чешуей, но иногда на поверхности оказывался Усатый. Сперва Жучок вздрагивал при виде него и чувствовал, как потеют ладони, но потом наловчился закидывать и подсекать как автомат и уже не обращал внимания на то, кто именно держится за его крючок.

Жучок вернулся домой ближе к полудню и, не раздеваясь, упал в кровать. Ему снился Усатый Рыб, который строго и неодобрительно цокал языком и выговаривал Жучку по поводу и без.

Вечер прошёл спокойно, и Жучку потихоньку стало казаться, что всё это приключилось не с ним, а с кем-то другим. Друзьям он решил на всякий случай ничего не рассказывать.

Следующим утром Жучок достаточно долго нежился в кроватке, а затем решил выйти прогуляться.

Спустившись с дерева на тропинку для прогулки, полный своего обычного благостного расположения духа, Жучок обнаружил сидевшую там немолодую жабу, которая не мигая смотрела на него.

Жаба моргнула, раскрыла большой рот, пожевала губами и квакнула:
– Опаздываешь.

Жучок смутился.

– П-п-простите?

– Я говорю, «опаздываешь», – в упор смотрела на него жаба.

– К-к-куда опаздываю?

Жаба задумалась. Утро уже не выглядело таким добрым, а денёк из отличного стремительно становился совершенно непонятным.

Наконец, что-то сдвинулось в тугой жабьей голове.

– Пруд. Опаздываешь. Тренировка. Пошли.

Жучок ровным счётом ничего не понял, но на всякий случай поспешил согласиться.

– Х-х-хорошо.… Пошли.

Жаба не двинулась с места, презрительно глядя на него. Прошла минута-другая. Мимо пролетела стайка комариков. Жаба не меняя позы, открыла рот, её язык молнией вылетел, схватил отставшего комара, рот захлопнулся.

«Ловко у неё это получается, – уважительно отметил про себя Жучок. – А с виду квашня квашнёй».

– Удочку возьми, – в конце концов, раздался скрипучий жабий голос.

Кое-что стало проясняться.

Малыш сбегал за удочкой, натянул резиновые сапоги, сунул в карман куртки пару бутербродов да фляжку с брусничным соком и поспешил к пруду. Жаба с неожиданной для её комплекции ловкостью скакала позади, скрашивая их путь удивительно нудным стихотворением о какой-то великой жабьей битве у какого-то Ква-ква-квалвикира…

На берегу Жучок решительно закинул удочку в воду, совершенно не заботясь о наживке. «Есть они явно не хотят», – решил он.

Клюнуло мгновенно. Жучок, уловив знакомый сильный рывок и уже совершенно ни о чём не задумываясь, поднял крючок над водой. Знакомый Усатый Рыб висел на леске и всем своим видом излучал недовольство. – После поговорим, – заявил он, вместо «здрасьте». – РАЗ-ДВА, ПОДСЕКАЙ!!! Жучок почувствовал как его лапки помимо воли рванули удочку.

Следующие два часа прошли за этим монотонным занятием. Единственным заметным событием было то, что худенькая Рыбка с позолоченной чешуёй улыбнулась Жучку, крикнула ему «привет» как старому знакомому и помахала плавником. У Жучка потеплело на сердце.

«Ей здорово идёт улыбаться, – промелькнула в его голове мысль. – Она очень красиво улыбается, наверное, красивее всех моих знакомых».

К концу второго занятия Жучок почувствовал, что Рыбка прыгает красивее, чем раньше, да и сам он наловчился дёргать удочку так сильно, но плавно, что это стало доставлять ему некоторое удовольствие. «А я молодец, – подумал Жучок. – Я определённо молодец, вон даже Усатый Рыб практически перестал появляться из воды».

Усатый Рыб тут же высунул голову из воды.

– Вот ведь чёрт какой, – подумал Жучок. – Как он понял, что я про него подумал? Локатор у него что-ли?

– Молодец! – гаркнул Усатый Рыб. Вообще, у Жучка стало складываться такое впечатление, что нормально разговаривать Усатый Рыб не умеет. Только гаркать, командовать, указывать и направлять. И всё с восклицательными знаками. – Завтра в шесть! Не опаздывать! Свободен! – Жучок открыл было рот, Усатый Рыб крикнул, оглянувшись: – И слушать ничего не буду!

Всё. Поверхность пруда снова тихая и безмятежная.

День прошёл в обычных заботах, а вечером Жучок подумал о своём утреннем приключении и твёрдо решил, что никуда завтра не пойдёт. Он им не подъёмный кран, а Усатый Рыб ещё к тому же и грубиян. Жучок захихикал, поняв, что у него случайно получилась рифмованная дразнилка.

Я вам не подъёмный кран,

а Усатый – грубиян, –

напевал он, засыпая в своей уютной кроватке.

Как и накануне, утром он обнаружил на тропинке унылую жабу, укоризненно взирающую на него. Стайка комариков, завидев на пути своего следования зелёную хищницу, резко сменила курс. Жаба проследила за ними одним глазом и направила часть своей укоризны им вслед.

– Доброе утро, – решительно начал Жучок. – Я никуда не пойду, я не подъёмный кран, так Усатому и скажите.

– Бодрый, – квакнула Жаба неожиданно.

– Что «Бодрый?» – опешил Жучок.

– Не «Усатый Рыб». Бодрый Рыб. Зовут так, – объяснила собеседница.

– Хоть Бодрый, хоть Усатый, – рассердился Жучок. – Не пойду и всё тут. Пусть он хоть усы себе сбреет.

– Не сбреет, – мотнула бесформенной головой Жаба и поскакала по дорожке к пруду.

Когда через пару часов Жучок вернулся к норке, Жаба уже ждала его.

– Чего, сбрил усы? – съехидничал Жучок. Жаба снова отрицательно помотала головой.

– Рыбка.

– Что «Рыбка?»

Жаба молчала, уставившись своими немигающими безбровыми глазами в небо. Жучку хотелось хоть как-то ускорить её мыслительный процесс, но он не знал, как. Наконец, что-то провернулась в Жабьей башке и она торжественно объявила.

– Рыбка плачет.

От неожиданности Жучок сел прямо на дорожку. Дело разворачивалось совершенно неожиданным образом. Совершенно не в ту сторону, куда хотелось Жучку. Одно дело – поставить на место грубиянского Бодрого Усатого Рыба, и другое – довести до слёз худенькую Рыбку с позолоченной чешуёй и такой солнечной улыбкой. Худо дело. Этого допустить было никак нельзя. Жучок бросился в норку, схватил удочку и помчался к пруду выправлять ситуацию.

Примчавшись на берег, Жучок отточенным движением забросил удочку в воду. Снизу моментально дёрнули и Жучок вытащил из воды Бодрого Усатого Рыба. Тот прямо-таки пылал гневом и недовольством.

Но и Жучок был уже не тот рохля, которого застали врасплох пару дней назад. Увидев грубияна, Жучок сразу отрезал:
– Здравствуйте! – (он старался быть вежливым во всех ситуациях. Это не всегда получалось, но всё-таки старался он каждый раз). – Я хочу поговорить с Рыбкой.

Усы Бодрого Рыба топорщились как две сапожные щётки.

– После! Тренировки! Сначала! Дело! Разговоры! Потом! Подъём! Пауза!

– Знаю! Раз-два! Подсекай! – В отчаянии закричал Жучок и подсёк.

Как ни крути, а Бодрый Усатый Противный Рыб был прав. Дело сначала, а поговорить можно и после тренировки. Нельзя терять драгоценное время. Он просто должен сделать так, чтобы в глазах милой худенькой Рыбки с позолоченной чешуёй не было слёз. Он – мальчик, он может помочь этой девчонке, которой и так, судя по всему, достаётся от Бодрого Усатого Противного Рыба.

«Вон, худая какая», – подумал Жучок с неожиданной для самого себя нежностью…

Со второго раза над поверхностью появилась сияющая Рыбка, по глазам которой было видно, что она недавно плакала.

– Привет! Ты всё-таки пришёл…

– Привет, ты объяснишь мне потом, в чём дело, ладно?

– Обязательно, раз-два!

– Подсёк!

И Рыбка, описав редкую по красоте дугу, совершив в полёте два кувырка, вошла в тёмную воду.

Жучок думал, что эти два часа будут длиться очень долго: так обычно бывает, когда ждёшь чего-то интересного, разгадки какой-то удивительной тайны. Но они пронеслись практически мгновенно, полные азарта, с которым Жучок старался подсекать удочку как можно удобнее для прыжка худенькой Рыбки. Усатый почти не поправлял его движения и вообще, выглядел временами даже как будто не таким противным, как в самом начале. Жучок отметил, что советы, которые давал Усатый (пусть и гаркающим тоном), были очень даже дельные и, если им следовать, то всё движение – подъём Рыбки из воды, пауза, резкая подсечка и её восхитительный полёт над тёмной водой пруда – складывались в одно целое. Как будто он и Рыбка являются двумя частями какого-то ловкого, слаженного и ходкого механизма. Это доставило Жучку какое-то неожиданное удовольствие.

Наконец, Усатый высунулся из воды и рявкнул:
– Молодцы! На сегодня всё! До завтра!

Жучок от усталости сел прямо там где стоял.

Из воды появилась худенькая Рыбка с позолоченной чешуёй, застенчиво улыбнулась ему, подплыла к самому берегу и устроилась на камне, поигрывая хвостом.

– Когда я была совсем маленькая, – начала Рыбка свой рассказ, – мне однажды ночью приснилось…

«Вот я сейчас и узнаю, что снится рыбам в рыбьих снах!», ахнул от неожиданности Жучок

– …что я становлюсь Золотой Рыбкой! Ведь сейчас я просто Рыбка с позолоченной чешуёй, – вздохнула она и застенчиво посмотрела на свою чешуйку, блистающую под полуденным летним солнышком.

– Ты очень красивая, – набрался храбрости Жучок.

Рыбка довольно хихикнула.

– Спасибо. Но чтобы стать настоящей Золотой Рыбкой, мало иметь чешую золотого цвета. Чтобы стать настоящей, всамделишной Золотой Рыбкой, надо выиграть золотую медаль на соревнованиях! И вот мне приснилось, что я выигрываю золотую медаль, что меня поздравляют, что мне хлопают, а самое главное, что чувствую себя сильной, ловкой, красивой, уверенной в себе, настоящей Золотой Рыбкой! Проснувшись, я отправилась записываться в спортивную секцию. Есть много всяких рыбьих видов спорта: и плаванье на скорость, и ныряние в глубину, и скольжение по поверхности.… Но мне больше всего захотелось попробовать себя в прыжках в воду! Это так здорово: подниматься в воздух, лететь несколько мгновений, переворачивая своё тело в кульбитах, а потом нырять в прохладную воду. И это очень красиво, ты не находишь? – взглянула она на Жучка.

Жучок кивнул, и Рыбка продолжила.

– Я хочу стать настоящей Золотой рыбкой, поэтому стараюсь изо всех сил. Мне здорово повезло, со мной согласился заниматься знаменитый Бодрый Рыб.

– Это который Усатый? – уточнил Жучок.

Рыбка кивнула.

– Я знаю, что ты его недолюбливаешь. Он ужасно строгий и очень… Громкий… – прыснула она. Жучок улыбнулся. – Но он действительно хороший тренер. Он справедливый и хочет, чтобы я выиграла соревнование и стала Золотой Рыбкой. Он считает, что у меня хорошие данные и что если я не буду лениться, у меня всё получится.

Жучок потихоньку стал понимать, в чём дело. Побороть собственную лень очень трудно, это он знал по себе.

– Всё равно, – помотал он головой. – Нельзя же быть таким грубияном.

– А ты думаешь, ему со мной легко? – возразила Рыбка. – Если бы ты знал, как я иногда люблю всласть полениться, – изогнувшись во весь рост, она потянулась на камне.

С этим Жучок, пусть и нехотя, не мог не согласиться. Иногда, когда на тебя кричат, особенно те, чьё мнение для тебя что-то да значит, надо крепко подумать, а почему они кричат. Может быть, они и правы? Такое ведь иногда тоже бывает, чего уж там.

– Ну вот, ты почти всё и знаешь. – Вздохнула Рыбка. – Скоро соревнования, а в нашем лесу очень немного рыбаков, готовых приходить рано утром на пруд и забрасывать удочку в воду, ничего при этом не вылавливая. А без этого я не могу научиться правильно прыгать: я же не летучая рыбка. – Голос её дрогнул, и в прекрасных глазах появились крупные слёзы, блеснувшие алмазами на ярком солнце.

Жучок поднялся на ноги. Он не был великаном, но для мальчишки его возраста был достаточно высок.

– Рыбка, – торжественно сказал он. – Ты выиграешь эти соревнования. Я тебе помогу. Я буду приходить каждое утро. Ровно в шесть. Если нужно, мы будем тренироваться чаще. Это уж как Бодрый Рыб скажет, раз он такой знающий. Ты станешь Золотой Рыбкой. Настоящей. Всамделишной.

Рыбка смотрела на него, не отрывая глаз. Внезапно, словно очнувшись от наваждения, она засмеялась, как будто зазвенели тысячи серебряных бубенчиков, выпрыгнула из воды, чмокнула растерявшегося Жучка в щёку и скрылась под водой.

Потом она снова появилась на поверхности, улыбнулась своей щедрой солнечной улыбкой и помахала Жучку плавником:
– Спасибо! Так, значит, завтра ровно в шесть?

– Ага, – зачарованно сказал Жучок, увидав в этот момент за внешностью худенькой Рыбки с позолоченной чешуей Золотую Рыбку, сильную, ловкую, красивую и уверенную в себе, как повелительница подводного царства.

А если бы он был повнимательнее, то заметил бы, как в глазах юной худенькой Рыбки с позолоченной чешуёй отразился высокий, статный, сильный и красивый Рыцарь… Рыцарь, которым когда-нибудь надеялся стать Жучок, хоть он никому бы в этом не признался даже под страхом самой ужасной щекотки. Даже если бы ему больше никогда в жизни не пришлось попробовать брусничного сока.