Таинственный граф Монте-Кристо…



Григорьева Елена — Таинственный граф Монте-Кристо…

Рубрика: Героическое интервью

Вася Пёрышкин сидел в редакции на столе, болтал ногами и увлечённо, взахлёб рассказывал о своих «путешествиях во време-ни».

– Кто же он, этот неожиданно появившийся в Париже чело-век? – вопрошал слушателей Вася, потрясая у них перед носами тол-стенной книгой. И сам себе отвечал:
– Благородный рыцарь, спасший жизнь виконту Альберу де Мор-серу; богач, купивший себе особняк на Елисейских Полях — загадка для всех парижан! Но мы-то с вами знаем, что под этим именем скры-вается несчастный Эдмон Дантес. По ложному доносу он был обвинен в государственной измене и заточен в казематы замка Иф. Оказавшись на свободе, он начинает мстить своим обидчикам, срывая с них маски и показывая их истинное лицо.

Образ таинственного графа — гениальное создание Александ-ра Дюма, но оказывается, что человек с подобной судьбой действи-тельно существовал!

Писатель узнал о нем случайно, листая “Записки” Жана Пе-ше, который в своё время служил в полицейской префектуре Парижа. История некоего Франуса Пико, ставшего жертвой наполеоновской по-лиции, показалась ему занятной, и вскоре свет увидел новый роман Александра Дюма — “Граф Монте-Кристо”! Однако писатель, преклоняв-шийся перед памятью императора, изменил время действия: его герой в отличие от Пико обвинен в пособничестве Наполеону.

Оказалось, что и аббат Фариа — не вымышленное, а вполне реальное лицо! Я решил посетить обоих, но сначала отправился к Франсуа Пико, прихватив с собой роман гениального писателя.

Я застал этого немолодого уже человека за кружкой пива. Он долго и недоуменно крутил в руках толстую книгу, но потом все-таки согласился прочитать ее. После этого состоялось наше неболь-шое интервью.

— Да, прочитал я роман этого Дюма. Здорово он там все за-крутил, похлеще, чем было у меня в жизни. Я ведь никакой ни граф, а простой сапожник, Франсуа Пико. В молодости я был парень не про-мах — хорош собой, и девушки меня любили. Да, так все шло хорошо, если бы не этот Лупиан…

– Он был вашим приятелем?

– В том-то и дело, что не только приятелем, но и земля-ком. Я частенько захаживал к нему в кабачок: пропустить кружечку пива, да и так, поболтать. В тот день я пришел сообщить ему радо-стную новость: через неделю состоится моя свадьба. За невестой да-вали сто тысяч франков! Лупиан сделал вид, что рад за меня, но я-то видел, что он просто бесился от зависти. Потом уже я узнал, что он пообещал моим собутыльникам: “Я помешаю этой свадьбе!” А дальше случилось все так, как описано в романе.

– Вы хотите сказать, что был ложный донос?

– Вот именно! В тот же день в кабачок заглянул комиссар полиции, и Лупиан выполнил свое гнусное намерение. Он сообщил ему, что Франсуа Пико, то есть, я, — английский шпион, и меня тут же арестовали.

– Но ведь нужны были доказательства?

– Что вы! Комиссар состряпал донесение, даже не удосужив-шись проверить факты. Для него это было отличным шансом продви-нуться по службе. Донесение попало к герцогу Ровиго — самому без-жалостному министру полиции, и меня зачислили английским шпионом. Так я оказался в тюрьме…

– А что же ваши родственники, невеста?

– Они пытались навести справки, но тайная полиция хорошо знает свое дело. От имени Пико не осталось никаких следов! В тюрь-ме я познакомился с одним итальянским прелатом. Он тоже проходил как “политический”, но в отличие от меня, был стар и болен. Мы подружились, и перед смертью он завещал мне свое достояние, зары-тое в Милане: драгоценные камни, полновесные золотые дукаты, фло-рины, гинеи…

– Послушайте, но ведь это точь-в-точь аббат Фариа из ро-мана Дюма?

– Да, общего много, только я не менялся с покойником ро-лями. Хитро этот ваш Дюма придумал: мертвого аббата Дантес уложил на свою койку, а себя зашил в мешок вместо мертвеца! Правда, он тут маленько промахнулся: думал, что его отнесут на кладбище и за-кидают землей, а его сбросили в море с верхней площадки замка, да еще привязали груз. Но он ловкий, черт, сумел всплыть на поверх-ность… Да, так через семь лет империя Наполеона пала, и меня вы-пустили. Но из тюрьмы вышел не прежний рубаха-парень Франсуа Пико, а совсем другой человек: больной, изменившийся до неузнаваемости и полный ненависти.

– Но вы нашли клад, зарытый в Милане?

– А как же! Благодаря алмазам прелата мне удалось подку-пить нужного человека. Он выдал мне имена предателей, и я начал мстить. С двумя я рассчитался мгновенно — удар кинжала и яд отпра-вили их прямехонько в ад, но Лупиана я решил ударить в самое серд-це. У него была дочь 16 лет, в которой он души не чаял. “Вот куда я тебя ужалю!” — подумал я и начал действовать осмотрительно, не спеша, чтобы как следует насладиться местью. Я нанял каторжника, который действовал по моей указке. Он выдал себя за маркиза и на-чал ухаживать за этой невинной овечкой, а когда та уже ждала от него ребёнка, безжалостно бросил ее. Вскоре открылось, что маркиз вовсе не маркиз, а бывший каторжник. И тогда все отвернулись от семьи Лупиана, а его дочь была опозорена! Я уложил предателя на обе лопатки!

– И вам не жаль девушку? Она-то ни в чем не виновата!

– Лучше не сердите меня, господин Пёрышкин, иначе я не скажу больше ни слова! Я, между прочим, тоже не был ни в чем вино-ват, а провел в тюрьме лучшие годы своей жизни! Я простой человек, не чета вашему графу. Никак не могу понять, почему он простил сво-его заклятого врага и отпустил его на свободу?

– А как вы поступили с Лупианом?

– Как и подобает поступать с предателями: заколол кинжа-лом! Благородство, прощение — это всё не для таких людей, как я. Как говорится: Бог простит…

Я простился с сапожником, так и не понявшим поступки гра-фа Монте-Кристо, и отправился к Хосе Кустодио Фариа — прототипу аббата Фариа в романе Дюма.

Как вы помните, он занимал соседнюю с Эдмоном камеру в зловещем замке Иф. Аббат был заточен по политическим убеждениям: он хотел видеть свою родину, Италию, свободной. Этот образованный человек скрасил Дантесу мучительное пребывание в неволе, он обучил его истории и математике, языкам и этикету; он открыл ему тайну сокровищ. Он умер, так и не увидев свою родину свободной, но пода-рил свободу Дантесу.

И вот я беру интервью у настоящего Фариа, который дал ми-ру намного больше, чем сундук с алмазами.

— Я родился в 1756 году в индийской провинции Гоа, кото-рая считалась в то время португальской колонией. Среди моих пред-ков были представители браминской аристократии, однако, спокойная жизнь была не по мне.

Будучи юношей, я принял участие в заговоре, направленном на свержение в Гоа португальского господства. Так я впервые ока-зался в тюрьме. Поскольку мне не было еще и 15 лет, меня быстро отпустили. Я уехал в Португалию с теми же мечтами о свободе и вскоре опять оказался в тюрьме. Затем я переехал в Италию и стал аббатом, но и это не укротило мой дух. Я снова угодил в тюрьму и прослыл “вольнолюбивым аббатом”. После очередного участия в заго-воре, уже во Франции, меня поместили в Бастилию. Чтобы как-то ско-ротать время, я начал играть в шашки и увлек этой игрой охранни-ков. Однако партии кончались слишком быстро, тогда, чтобы растя-нуть их, мне пришлось изобрести 100-клеточные шашки.

— Простите, уважаемый аббат, так вы еще и изобрета-тель?

– Получается, что так, по совместительству… Там же, в Бастилии, открылись и другие мои способности, вероятно, перешедшие ко мне по наследству. Оказалось, что я обладаю силой внушения, ко-торая во много раз превосходит обычную. Признаюсь, что именно она помогла мне покинуть мрачные казематы Бастилии. Выйдя на свободу, я сделал целительное внушение своим ремеслом. Я открыл так назы-ваемые магнетические классы, где всего за пять франков проводил сеансы гипноза. По-видимому, я обладал над людьми некоторой вла-стью. Не знаю, что именно действовало на них: мой внутренний маг-нетизм, пронзительный взгляд или убедительные интонации, но люди получали на моих сеансах настоящее исцеление. Скажу без ложной скромности, что использование гипноза для улучшения настроения принадлежит мне, аббату Фариа.

– Как к вашим гипнотическим сеансам отнеслась церковь?

– О, вы попали в самую точку, молодой человек! Церковь объявила мой метод лечения дьявольскими кознями, и мне пришлось покаяться, чтобы снова не угодить за решетку. Я стал вести жизнь смиренного пастыря, но втайне продолжал свою бунтарскую деятель-ность: я писал книгу под названием “Исследование природы челове-ка”.

– Она была напечатана?

– Представьте себе, да! Книга увидела свет в 1819 году и предвосхитила многие открытия в психологии и психотерапии.

– Я вижу, Александр Дюма не ошибся, посвятив аббату Фариа лучшие страницы в романе! Вы не только выступали за освобождение Индии, были образованны и благородны. Вы изобрели 100-клеточные шашки, сделали открытия в психологии и гипнозе — вы заслужили па-мятник!

– Такой памятник уже стоит, молодой человек, и я буду рад, если юные читатели вашего замечательного журнала узнают обо мне правду.

Интервью переписывала Елена Григорьева

Вопросы:

Как ты думаешь, заслужил ли памятник граф Монте-Кристо?

Когда Дюма прочитал историю Франсуа Пико, он сказал, что это — раковина, внутри которой скрывается бесформен-ная жемчужина. Чтобы она обрела ценность, жемчужина нуж-дается в хорошем ювелире. Кто стал этим ювелиром?

Где находится остров Монте-Кристо?

Франсуа Пико убивал своих обидчиков, а как мстил граф Монте-Кристо?