Глаза



Яхнин Леонид — Глаза

Из рассказов дяди Пётры, жителя северной деревни Юрома

Дядя Пётра не робкого десятка. Про него даже можно сказать – отчаянный человек. Ему ничего не стоит в одиночку на Сланцевый карьер завернуть. А ведь все знают, что прошлым летом там рысь видели. Вернее не саму рысь, а её следы. Нет, конечно, не отпечатки ее кошачьих лап. Рысь зверь осторожный. Следов не оставляет. А нашли в карьере дохлого зайца. Как видно, рысь его прихлопнула, а съесть не успела – спугнул кто-то.

Но дядя Пётра, всем известно, и сам не промах. Его с наскоку не возьмёшь. Первым делом он тропинку проверил. Нет ли где дохлого зайца или ещё каких следов рыси. Потом под сланцевый выступ стал и ногой топнул. Это на случай, если рысь вверху, на гребне затаилась. Она прыгнет на звук, да мимо. Дядя-то Пётра под каменным навесом надежно укрыт. Но и тут хитрый зверь не объявился.

Стал тогда дядя Пётра спокойно заниматься тем делом, за которым в карьер пришёл. Отбирал сланцевые плитки поровней и горкой складывал. Из сланца хорошо печь строить. А дядя Пётра как раз задумал во дворе сложить летнюю печь. Чтобы в доме не чадило.

Весь углубился дядя Пётра в работу. Про рысь и думать забыл. И вдруг почувствовал, как ему в спину глаз нацелился. Так и сверлит под правой лопаткой. Дядя Пётра осторожно лопаткой подвигал. Глаз тут же переместился на серёдку спины. Прямо в позвоночник упёрся. И глаз какой-то колдовской. Сразу спина занемела. Дядя Пётра медленно нагнулся будто бы за куском сланца. А сам из-под руки назад зыркнул. Понимал он, что резко двигаться нельзя. Рысь тут же и прыгнет. Согнул он руку крендельком, сам дугой изогнулся и замер. Рассматривает, что у него за спиной творится.

Только ничего не творится. Рысь под сланец замаскировалась. Её и не заметишь. Но глаз-то её звериный глядит! Непонятно откуда, но точно глядит. Дядя Пётра даже представил этот её глаз. Зелёный и в крапинку. А крапинка жёлтая. Частая. Что делать? Спиной-то дядя Пётра видеть не умеет. А в таком скрюченном виде двигаться неудобно. Но ничего не поделаешь. Стал дядя Пётра потихоньку, боком, будто горбун, отодвигаться подальше от глаза. Ногу передвинет и замрёт. Передвинет и замрёт. Так за горелый дуб, молнией расщеплённый, задвинулся. Хотел уже разогнуться и обдумать, что дальше делать. Да так и замер. Глаз теперь переместился в широкую расщелину на верхушке дуба. Да не теперь! Он же всё время там был! А дядя Пётра так глупо попался – сам в лапы к зверю пришёл.

Невидимый глаз шарил по всему телу дяди Пётры, словно примериваясь, куда направить стремительное тело кровожадного зверя. Сразу ли в шею врезаться? Дядя Пётра даже ощутил, как глаз скользнул по затылку, будто перерезал его. А, может, грудь ему разорвать когтями? Но тут уж нет, шалишь! Дядя Пётра лицом к рыси не повернётся! Нельзя зверю глядеть глаз в глаз. Нервировать. Он с испугу уж точно бросится.

Дядя Пётра взмок от напряжения. И согнутую спину заломило. Тогда он медленно поднял руку, стянул с головы кепку и отвёл эту руку с кепкой в сторону. И тут же почувствовал, как спина освободилась от тяжёлого беспощадного взгляда. Глаз переместился на бесчувственную кепку. Так. Теперь осторожно повесить кепку на сук, а самому резко отскочить.

Р-раз! И дядя Пётра ловко откатился от дерева! Спину и грудь больно накололо сланцевым щебнем. Но это пустяки. Главное – не дать опомниться коварному хищнику. Дядя Пётра вскочил на ноги и побежал. И вдруг рысь бросилась за ним. Он явственно слышал её легкую побежку.

– Дядя Пётра! Дядя Пётра! – кричала рысь. – Кепку-то забыл!

Дядя Пётра остановился, как вкопанный. Оглянулся. Его настигал соседский мальчишка Вася Дерягин.

– Вот твоя кепка, дядя Пётра, – сказал Вася. – Только отцу не говори, что я на Сланцевый карьер хожу. И как ты меня заметил? Я ж в расщелину дуба затиснулся. Ух, дядя Пётра, и хитрый же ты!