Арбуз



Миримский Самуил (С.Полетаев) — Арбуз

Арбуз

Художник: Дымова Наталья

Тобол застыл от жары и безветрия. Ребята лежат на берегу. Головы их косматы и всклокочены, спины красны и шершавы от присохшего песка, стрелками слиплись ресницы.

– Хорошо бы сейчас арбузика! – вздыхает Васька Чаусов, голенастый подросток, весь усыпанный мелкими веснушками – они на носу, на щеках и даже ушах. – Холодного бы арбузика, да!

– А чего ж, на бахче их много, – намекает Махтай, раскосый мальчишка-казах.

Он выдувает в песке пещеру, лазает на четвереньках и лбом сооружает барьер. Всё дело в том, чтобы не помогать руками.

– У деда поживишься! Такого арбузика задаст – год чесаться будешь.

Ребята лениво барахтаются в песке. Солнце жжёт до костей. Страшно хочется пить, а вода в речке пресная и тёплая, ни сладости в ней, ни арбузной прохлады.

– Может, спит он сейчас? – так, ни к кому не обращаясь, говорит Васька Чаусов и перевёртывается на спину.

– А чего ж не спать, – зевает Махтай. – Ясно, спит.

По молчаливому согласию решено, что дед Дракин, сторож на совхозных бахчах, спит. Тогда ребята встают, отряхивают песок, идут. Останавливаются в овражке, откуда удобно наблюдать. У сторожки возле колодца валяется ведро, и земля вокруг влажная. Видно, дед недавно обливался.

– Всем нам делать здесь нечего, – говорит Васька Чаусов и чешет ногу об ногу. – Кому-нибудь одному пойти надо.

– Вот и пойди, – предлагает Махтай.

– Чего ж я пойду? Ты поменьше меня. Тебя нелегко приметить.

– А ты ловчее. От деда скорее удерёшь.

– А у меня трясучка от страха бывает, – вдруг радостно сообщает Димка Патрашкин. – Нельзя мне пугаться…

– А я тоже ужас нервный какой, – говорит Ванька Муравчик, мальчик в очках.– В животе так и урчит, так и урчит от нервов-то!

В другое бы время ребята заспорили, кто ловчее, выносливее, быстрее, а сейчас все стали калечные и увечные: у одного дух сбивается от бега, у другого ноги немеют от страха, а Махтай, облизнув пересохшие губы, сказал, что вообще арбуз ему вреден, от него сыпь на коже появляется.

И тогда пришлось тянуть жребий: кому достанется самая короткая травинка, тому идти. Три раза тянули, и всё без толку: мошенничали, выставляя другие травинки. Наконец жребий пал на Костика Паршина, и все сразу угомонились. Костик, прозванный Лопушком за оттопыренные уши – самый маленький среди ребят и самый слабосильный.

– Да, поешь арбузика! – мрачно сказал Васька Чаусов.

– Лопушок да не принесёт? – подзадорил Махтай. – Да ты не знаешь Лопушка!

Костик растерянно огляделся. Он боялся подвести, но в то же время был доволен доверием ребят. Огромные прозрачно-розовые уши его зарделись, как маковые лепестки. Он внушительно подтянул поясок на длинных штанах, выбрался из овражка, потоптался, оглядываясь на ребят, и скрылся в бахче.

– Лопух старательный, – сказал Махтай, – обязательно достанет.

– У деда Дракина? – усомнился Васька Чаусов. – А ты пробовал сам?

Ребята лежали в прохладном овражке, лениво переругивались и ждали. Костик между тем, раздвигая арбузные листья и обдирая голый живот, полз по бахче.

Все живое старалось укрыться от солнца. Вон и бабочка, уцепившись за стебелёк, спряталась в тени под листом и, наверно, спит, еле поводя усиками. Букашки зарылись в землю, даже муравьёв не видно.

Костик лез по бахче. В листьях, сверкая, рябили полосатые арбузы, глаза разбегались от их изобилия, но каждый арбуз, попадавшийся под руки, казался недостаточно крупным. Костик перекатывался от одного к другому, от одного к другому, ища арбуз самый громадный, самый сочный и сладкий. Ведь сколько ребят ожидает в овражке!

Наконец Костик нашел увесистый, твердый и звонкий арбуз. Он стал на колени, обхватил его за прохладные бока и потянул вверх.

Хруп! – оторвался от стебля арбуз.

Костик передохнул, огляделся и увидел чьи-то босые жилистые ноги, расставленные над ним, как ворота.

Это был дед Дракин, арбузный сторож и гроза всех воришек. Над малышом свешивалась его острая бородка, седая, всклокоченная грива. Зеленые, в ухмылке, едкие глаза пригвоздили его к бахче. Арбуз выпал из рук мальчика и зашуршал, закатившись под листву.

– Потерял, стало быть? – поинтересовался дед, положив мальчику на плечо свою цепкую руку.

– Потерял, – кивнул Костик.

– А сажал?

– Нет, – прошептал Костик.

– Ну, тогда сымай штаны.

Костик покорно снял штаны. Но дед не стал его бить, а, перекинув штаны через плечо, зашагал к себе в сторожку. Костик поплёлся за дедом.

– Куда же ты без арбуза? – повернулся дед. – Сорвал, стало быть, твой теперь. Можешь домой взять.

Костик растерянно остановился. Как же без штанов? Прямо вот так, голышом, в поселок? А может, дед шутит? Костик вприпрыжку побежал за ним, но у самой сторожки дед захлопнул перед ним дверь и запер её изнутри на щеколду.

Так и остался Костик на бахче. А штаны – в сторожке. Поглядел он в щелочку, увидел, как дед укладывается спать, и почувствовал, как заурчали нервы в животе, ноги отнялись от страха, а в груди началась трясучка.

Ребята давно уже удрали из овражка и опять лежали на берегу.

– Ну и влетит же ему! – вздохнул Васька Чаусов, обсыпая голову песком. – Поели арбуза, называется!

– Отпустит, – сказал Махтай, снова ползая на четвереньках вокруг пещеры.

– Дракин? – усмехнулся Васька. – Да он его держать будет, пока мать не придёт. Дракина не знаешь?

– Отпустит. Он маленький.

– Да, поели арбуза!

И ещё долго и лениво спорили, а вскоре забыли про Костика, играли в камушки, барахтались в песке и прыгали с мостика в воду.

А в это время Костик бегал голышом вокруг сторожки, заглядывал в щели и жалобно скулил. Из щелей доносился густой, как пчелиное гудение, храп Дракина, жёлтые табачные усы его равномерно взлетали и плавно оседали.

– Дедушка, отдай штаны! – Костик просовывал нос в щель. – Больше не бу-у-ду!

Но дед был крепок на сон, усы его по-прежнему мерно поднимались, словно бы крылья какие, и оседали. Штаны Костика лежали у него под головой.

Мимо бахчей шли женщины с вальками и связками белья на руках.

– Срамота какая! – заругались они. – Ты что же это без штанов, бесстыдник!

Не успел Костик спрятаться, как с другой стороны показались парни с ружьями – на охоту шли.

– Попался! – рассмеялись они. – Задаст тебе Дракин.

Тогда Костик взобрался по лесенке на чердак, просунул голову между жердинами и стал сыпать на деда труху.

– Дед, а дед! – строго прикрикнул он. – Нельзя на людях голым ходить! Отдай штаны!

Дед всхрапнул – усы разлетелись в стороны – и сел на лавку. Он глянул наверх, откуда сыпалась труха, достал кисет с махоркой и не торопясь стал свёртывать козью ножку.

– Ну ладно-ть, – зевнул он. – Раз нельзя, так забирай свой наряд.

Костик слез с чердака, прошёл в сторожку и быстро надел штаны.

– Я пошел.

– Куда же ты? Поешь-ка сперва холодненького. А то жарко нынче. Ну, я сам тебе выберу. – Дед выкатил босой ногой из-под лавки арбуз, вытер о волосатую руку широкий нож, ловко махнул им и отвалил кусок.

Дед курил, зевал и смотрел, как Костик, обливаясь соком, уплетает арбуз.

– Чего это моя бабка припозднилась сегодня с обедом? – сам с собой разговаривал Дракин. – А то поспать ещё, что ли?

Костик съел кусок, вытер шею и грудь и повернулся к выходу.

– Дедушка, я пойду, ладно?

– Съешь-ка ещё, – сказал дед и отмахнул ножом ещё кусок.

– От него живот липкий,– сказал Костик, но взял кусок двумя руками и снова погрузился в мякоть по самые уши.

Правда, ел он на этот раз без удовольствия, но всё же быстро управился. Он бросил корку, тяжело вздохнул и пощупал вспученный живот.

– Дед, я пойду, ладно? – сказал он не очень уверенно.

– А ты поешь арбуза-то, – зевнул Дракин, свёртывая новую цигарку.

– Я наелся, во! – сказал Костик и хлопнул себя по твердому животу.

– Да ты лучше другого отведай, тот послаще будет. – Дед, не поднимаясь с лавки, выкатил из-под неё другой арбуз и отхватил ножом новый кусок.

– Не лезет, – просипел Костик.

– Хороший арбуз завсегда полезет. Ну как, скусный?

– Угу, – сказал Костик, вяло вздыхая и глотая приторный сок.

Живот наполнился по самое сердце, глаза его осоловели.

– Кто же так ест? – сказал Дракин. – Ценный продукт, а ты выедаешь только из серёдки.

Дед отрезал от арбуза маленький кусочек, съел его, аккуратно собрал косточки и вместе с коркой бросил под лавку.

– Нехорошо есть до обеда, а старуха чего-то припозднилась. Ты, малый, не смотри на меня, старика, ешь, ешь!

И вдруг с Костиком приключилось неладное. Он выбежал из сторожки, пошуршал в кустах и вскоре вернулся.

– Ну, я пошел, – сказал он и легко вздохнул.

– Что с тобой поделаешь. Иди, коли так. Но Костик не уходил. Перетянул покрепче штаны и не уходил.

– Дедушка, а ты мне дай арбуз, ладно?

– Ну вот, я ж говорю мало ел. Садись. Арбуз такое дело – малёньку передышку дашь, а потом, стало быть, сызнова начинай.

– Не! – вытаращил Костик глаза и отступил от дверей. – Это не мне. Ребятам.

– Это каким же? Дружкам твоим?

– Ага. Они ждать будут.

– Значит, слову верность соблюдаешь?

Дед оглядел его щуплую фигурку своими острыми глазами, лукавыми глазами старичка лесовика, пыхнул дымком.

– Ну ладно, выбирай. Только дружкам в другой раз не больно доверяйся.

Ребята прыгали с мостика в воду, барахтались в песке, совершенно ошалевшие от жары и безделья. И вдруг появился Костик.

– Лопушок идет!

– Ей-бо, тащит!

Ребята повыскакивали из воды, налетели на Костика, выхватили у него арбуз и подняли страшный галдёж.

– Себе с серёдки, а мне с краю, да?

– Погляди, что мне дал – одной кожи, а мякоти чуть!

Ребята ели, обливаясь соком, пуляли друг в друга косточками, приплясывали от удовольствия. Вмиг от арбуза ничего не осталось.

– Ой, а Лопуху-то забыли оставить!

Но Костик, блаженно щурясь, похлопывал себя по животу.

– Не, я поел. Дедушка угостил.

– А он тебя не лупцевал?

– Не.

– Так-таки ничего и не сделал?

– Ничего. Посидели мы с ним, а он все бабку свою вспоминал. Ну, поел я арбуза, а потом он на дорожку с собой дал.

– Ловко ты его, – сказал Васька Чаусов, обгладывая корочку. – Зря я не пошёл.

– Я же говорил, отпустит, – сказал Махтай и пощупал у Костика живот. – Видать, много съел.

И снова стали ребята валяться в песке, дремать и жариться на солнце.