Сказки несовершенного времени



Седов Сергей — Сказки несовершенного времени

* * *

Обретался на небесах один бывший полководец. Фельдмаршал.

Внимательно смотрел на землю, как там войска без него воюют. А воевали, конечно, неважно. С новым-то фельдмаршалом.

– Ну куда ж он третий-то полк послал в штыковую атаку! Рано, в резерве бы попридержать! А конница – она же в лесу не развернется! Ну и полководец! Ни стратегии, ни тактики … Вот, уже отступают… Паника началась. Нет, не могу на это смотреть. Эх, Господи, зря ты меня забрал, я бы дело выправил.

– Тебе же ядром голову оторвало, – отзывался Господь, – что ж я мог поделать? Не нужно было в самую гущу лезть, да еще на белом коне!

– Был грех, – соглашался фельдмаршал. – Любил, чего скрывать, чтоб в самую гущу, да на белом коне! И чтоб пули свистели, ядра рвались.

– Ваше высокородие! – Раздавался голос новопреставившегося. – Узнаёте меня?

– Кузькин! Четвертого гвардейского первой роты унтер-офицер?

– Так точно! Эх, ваше высокородие, и как же мы вас любили! Особенно когда вы в самую гущу, да на белом коне! Такое находило воодушевление – кого угодно могли победить! А с нынешним проиграем! Столько наших полегло – и всё зря!

– Господи, – не выдерживал Фельдмаршал, – отпусти! Хоть на полчасика!

– Что ты, что ты, не могу! Против законов природы.

– Но ведь наши гибнут!

– Ну как ты там с оторванной-то головой?

– Приставь как-нибудь, яви чудо!

– Ну не знаю, не знаю, – колебался Господь. – На полчаса – нет, максимум три минуты.

– Ладно! Только быстрее. Господи, быстрее, а то поздно будет, бегут ведь уже!

И фельдмаршал появлялся на белом коне в самой гуще сражения. Воодушевлённые полки переходили в атаку, вмиг разбивали дрогнувшего неприятеля и кричали «ура!».

А фельдмаршал со слезами на глазах уже обнимал Всевышнего:

– Прости, я раньше в тебя не очень-то верил, а теперь вижу, ты и в самом деле, БОГ!

* * *

Работал в одной поликлинике доктор. Эммануил Соломонович.

Приходил пациент, жаловался. Доктор внимательно слушал.

– Вот, попейте это лекарство, – говорил, – и вам станет легче.

Пациент приходил домой и чувствовал, что ему действительно стало легче. Причем независимо от того, пил он то лекарство или нет.

Так было со всеми пациентами этого доктора. Но кто-то из них иногда все-таки умирал. Попадал на небо, встречал Всевышнего и сразу его узнавал.

– Эммануил Соломонович, так вы, значит, Бог?

– Ну, – разводил руками Эммануил Соломонович, – можно и так сказать.

* * *

Один осенний лист не падал с дерева. Другие падали. Пролетали мимо, здоровались, прощались.

– Я еще немножко повишу! – оправдывался лист, – а потом тоже…

Дул холодный ветер, падал снег, накрывал упавшие листья, а наш неупавший всё держался, держался, держался.

Наступала весна, появлялись юные зеленые листочки, с удивлением смотрели на нашего неупавшего, на бурого, сухого, скрюченного.

– Ты кто? – спрашивали.

– Я? Ну, это… Учитель!